Локации съёмок «Индиана Джонс и Последний крестовый поход»

В этом неоклассическом дворе Донован передал Sultану Хатая Rolls Royce в обмен на разрешение искать Святой Грааль. Дворик с галереями и сегодня работает так же, как в 1989-м: студенты входят и выходят, преподаватели с папками под мышкой. Только двадцати статистов в костюмах эпохи уже нет. Спилберг хотел Двор Львов в Альгамбре, но Гранада отказала. Альтернатива оказалась идеальной: неоклассические арки 1890 года отлично держат атмосферу «Искендеруна 1938 года». Сцена работает потому, что двор имеет точные пропорции дворца из кино.

По этой тихой улице в центре Альмерии три человека убегали с будущим Святого Грааля в бардачке. Ничто особенное не отличало бы улицу Альмансор от любой другой, если бы вы не знали, что здесь произошло в 1988 году. Фасады выдают: номера 16 и 29 видны на плане, когда машина проносится мимо. Сегодня старинных автомобилей нет, но перспектива с Алькасабой на заднем плане — точно такая же, как в кадре. Это из тех локаций, которые существуют только для тех, кто специально их ищет.

В этих глинистых оврагах произошла самая культовая погоня на танке в истории приключенческого кино. Пустыня Табернас — единственная пустыня Европы, и она полностью соответствует этому статусу: почва растрескивается, пересохшие русла петляют меж охристых стен, а в августе жара давит нещадно. Спилберг превратил её в пустыни Хатая, а Рамбла де Ланухар стала местом, где бутафорский танк на тракторном шасси гнался за Харрисоном Фордом несколько дней. Если приехать на рассвете, пока солнце ещё не стало невыносимым, пейзаж имеет текстуру, которая идеально объясняет, почему Альмерия была европейским Голливудом на протяжении десятилетий.

Именно здесь нацистский самолёт влетел в тоннель и вышел из него разбитым, оставив Инди и его отца посреди пустыни пешими. Шахты Родалькилар заброшены уже несколько десятилетий, и сегодня пейзаж обладает той смесью упадка и красоты, которую много фотографируют: ржавые конструкции, пустые бункеры, обрезанные кабели и вид на природный парк Кабо-де-Гата, оправдывающий крюк, даже если вы не видели фильм. Тоннель, который появляется на экране, не существует в точности так, как вы его видите — Спилберг использовал переделанный шахтный вход, а остальное — монтаж и макеты.

Здесь Генри Джонс-старший поднял зонтик к небу и нацистский самолёт врезался в скалу. Пляж Монсуль похож на то, будто кто-то бросил вулканический блок посреди Средиземного моря. Большой камень, который называют «Ла-Пейнета», делит пляж на две части: слева — мелкий песок и бирюзовая вода, справа — самая кинематографичная бухта Испании. Спилберг выбрал его среди всех пляжей мира для сцены с зонтиком, и когда видишь его вживую, понимаешь почему. Пейзаж ничуть не изменился с 1988 года.

На этом гранадском перроне Маркус Броди сошёл с поезда, считая Искендерун турецким городом, и был похищен в считанные минуты. Станция Гуадикс — жемчужина испанского железнодорожного модернизма, которую никто специально не посещает, но которая вполне заслуживает крюка. В 1988 году съёмочная группа приехала сюда и превратила Гранаду в Турцию: пальмы в кадках на перроне, вывески на арабском, статисты в одежде эпохи и Маркус Броди, теряющийся среди всего этого. С тех пор станция почти не изменилась — современные поезда единственное, что ломает иллюзию, когда проходят мимо.